Вы здесь

Преодоление сектантства как мировоззренческого типа

Я надеюсь, что эта лекция не будет для вас какой-то сухой, академичной теорией, хотя, безусловно, я буду говорить много теоретических вещей. Но, еще раз, вслед за Романом Михайловичем повторюсь, что то, что вы услышите – те мысли, которые я постараюсь изложить для вас, – они проверены практикой, т. е. они не просто прочитаны мной, они выстраданы в процессе многолетней полемики с людьми, принадлежащими к разным религиозным традициям, и к сектантским, и к инославным. Поэтому, на мой взгляд, вы сможете зафиксировать многие вещи, которые помогут вам в вашем дальнейшем служении, в жизни в Церкви и вообще, в целом, как для людей, которые получают образование в семинарии, это информация крайне важна.

Потому что проблема сектантства не стала менее актуальной, менее острой, чем в 1990х годах. Наверно, из вас кто-то это помнит, кто-то был совсем юн, но тогда эта активность была поистине огромная, всевозможных сектантских сообществ. Сейчас вроде бы как-то эта активность спадает, но на самом деле – я могу сказать, как человек, занимающийся непосредственно помощью людям, попавшим в секты, - проблема до сих пор остается очень серьезной.

Не знаю даже почему, в последние несколько месяцев, ко мне обращаются родители и родственники молодых девушек и ребят, двадцатилетнего возраста. Причем, сценарий один и тот же: парень влюбился в девушку, которая состоит в какой-то секте или девушка влюбилась в парня, состоящего в подобной организации. Я просто хочу сказать, что вот то поколение людей, которым сейчас 20-21 год, они, придя к этому состоянию взросления, сталкиваются с новой реальностью – реальностью сект.

Каждый думает, что его это не коснется; какое это имеет отношение ко мне? Но, поверьте, это все гораздо ближе, чем вам может показаться.

Преодоление сектантства, как мировоззренческого типа – так называется тема моей лекции. Почему вообще сектантство нужно рассматривать как мировоззренческий тип? По своему личному опыту я глубоко убежден, что секты необходимо, прежде всего, рассматривать как систему взглядов. Как систему ценностей, как мировоззрение, одним словом.

Есть такое мнение, что секты являются, как правило, некой финансовой структурой, где религия используется как ширма. Но основная начинка – это получение прибыли. Есть такая версия, есть сектоведы, которые ее придерживаются. Безусловно, существуют такие группы, где финансовая составляющая находится на первом месте, но все же, я считаю, что сектантство необходимо рассматривать, как мировоззренческий тип.

Можем ли мы выделить некоторые признаки, некоторые более-менее универсальные критерии, которые позволили бы описать сектантство подобным образом? Да, мы можем это сделать, и я набросал несколько пунктов, над которыми мы можем поразмышлять.

Мне кажется, что одной из важнейших особенностей сектантского мировоззрения является контролируемая информационная нецелостность. Это означает, что в конкретной религиозной группе никто не ставит цель дать человеку целостную картину. Т. е. изначально данные, не важно, какие – исторические, апологетические, – они изначально не целостны, они фрагментарны. Человеку дают лишь фрагменты картинки.

И это приводит к ущербной мировоззренческой парадигме всей системы взглядов. Далее, можно сказать, что это приводит к дефективности гносеологической модели. Гносеология – это метод познания. Сам метод познания искажается, происходит изначальное пренебрежение целостной картинкой, целостной подачей информации о первоисточниках, об альтернативных традициях и пр.

Сектантство – это всегда нецелостность, искаженная картина, это очень важно. Если говорить конкретно, то чаще всего это выражается в пренебрежении к контексту, вырывании каких-либо цитат, пренебрежении первоисточниками.

Далее, на мой взгляд, следует мнимая фундаментальность. Любой сектант, в основе своего мировоззрения имеет некий фундамент. Но, что самое парадоксальное, в сектантских сообществах, в качестве доказательства своей исключительности предлагаются положения, которые сами, в свою очередь, требуют доказательств. Получается, что крыша ставится прежде фундамента, и она повисает ни на чем. Это важно отметить. Возникает логический порочный круг.

Мои положения я буду стараться иллюстрировать на примерах, прежде всего, неопротестантских религиозных групп. К ним относятся так называемые рационалистические христианские секты: баптисты, адвентисты, пятидесятники. Но больше всего я буду приводить в качестве примеров Свидетелей Иеговы, эта тема мне ближе всего, я состоял в Организации СИ около пятнадцати лет и, думаю, что вы с ними тоже сталкиваетесь. Они проповедуют на улицах, в общественном транспорте, по домам.

Вот, в качестве примера, один из главных аргументов, почему простые свидетели Иеговы считают, что они несут истину и вообще, собственно говоря, считают себя единственными христианами, заключается в том, что они проповедуют. Они говорят, вы видите, никто же не ходит по домам, по улицам, батюшки не ходят, вы не ходите, а ходим только мы, значит – мы истина.

В чем здесь логическая ошибка? Ошибка здесь следующая: вместо того, чтобы доказать истинность той вести, которую они несут, они предлагают сам факт их проповеди в качестве доказательства. Но проповедь чего-либо, какой бы она ни была масштабной, не имеет смысла, если это не проповедь истины. Т. е. если распространяется ложь, не имеет значения масштаб и с каким энтузиазмом она преподносится. Вот это один из наглядных примеров мнимой фундаментальности.

Далее - монохромный взгляд, т. е. черно-белое мышление. Это тоже типичный признак. Что под этим подразумевается? Речь не идет о том, что есть добро, а есть зло. Нет, речь идет об отрицании альтернативы. Альтернатива никогда не рассматривается всерьез, ее нет априори. Опять-таки, те же Свидетели Иеговы утверждают, что только у нас есть любовь, только мы являемся учениками Христа, как написано в Евангелии “"По тому узнают все, что вы Мои ученики, если будете иметь любовь между собою" (Ин. 13:35)”. Но когда ты начинаешь спрашивать, а с чего вы взяли, что только у вас есть любовь, они отвечают, что не знают другой такой организации, где еще была бы такая любовь. Их спрашиваешь, были ли они у баптистов, пятидесятников, евангелистов или вообще у любых других христиан, они отвечают, нет, не были. Тогда откуда вы можете знать, что у них нет любви? Вы же не знаете, что у них там есть или нет. Согласитесь, это странно звучит, но люди реально так считают. Полное отрицание альтернативы.

Еще один аспект, это отрицание предыдущего опыта. Как правило, все сектантские сообщества говорят о своей эксклюзивности, своей исключительности и не имеют никакой преемственности. Во всяком случае, они отрицают, что ее имеют, хотя она у них и есть в реальности. Те же Свидетели Иеговы в своем становлении имели сильное влияние ранних адвентистов. Но это отрицается.

Так вот, отрицание предыдущего опыта – это интересное явление. Оно выражается в двух аспектах. В том, что отрицается реально имевшее место в истории влияние предыдущего опыта. Или заявляется, что мы эксклюзивны и уникальны.

Далее – неверифицируемость базовых утверждений, непроверяемость, невозможность их проверить. Например, если вы знаете структуру Организации Свидетелей Иеговы, она довольно проста. Во главе Организации стоит так называемый Руководящий Совет из десяти человек, которые для 7 миллионов людей на земле являются единственными проводниками Божественной воли, единственными истолкователями Священного Писания и единственным каналом общения Бога с человечеством. Они себя называют «верным и благоразумным рабом», это название взято из 24 главы Евангелия от Матфея.

Любопытно, что для того, чтобы стать членом Руководящего Совета, человек должен быть так называемым «помазанником». Помазанник – это тот, кто имеет помазание Святым Духом. В реальности, нет никакой возможности проверить, помазан человек Святым Духом или нет. С точки зрения Свидетелей, это некое внутреннее озарение, внутреннее понимание того, что ты относишься к т. н. “малому стаду”, особо избранной группе, числом 144.000. Это число взято из Апокалипсиса. Так вот, СИ считают, что таково число этой особой группы, помазанников.

Здесь оценка чисто субъективная, кто-то может утверждать, что он чувствует это внутреннее озарение и если он окажется успешным карьеристом, то он может достичь должности уровня Руководящего Совета. Но, безусловно, нужно условие, это внутреннее озарение того, что ты усыновлен Богом, ты помазан Святым Духом и ты относишься к этому числу 144.000.

Самое интересное, что никто из свидетелей Иеговы не подвергает сомнению подобное заявление, если кто-то говорит – я помазанник, я себя так ощущаю. И только помазанники имеют право принимать участие в Вечере Господней. Только они вкушают хлеб и вино, хотя и считают их просто символами, а подавляющее большинство СИ просто передают тарелку с хлебом и вином следующему человеку. Такой крайне искаженный вид причастия.

Но опять же, проверить, верифицировать это никак не возможно. Если в Православии мы можем оценить подлинность духовного опыта какого-либо святого, подвижника, старца по вполне конкретным вещам, которые очевидны, то здесь это невозможно сделать.

И – априорность правоты руководства. Неважно, руководство это коллективное, как у Свидетелей Иеговы, или персональное – один гуру, т. е. он априори прав и не может ошибаться. Это тоже очень важный признак того, что вы имеете дело с сектантским типом мышления, сектантским мировоззрением.

В этой классификации можно на самом деле утверждать, что с сектантством вы можете столкнуться и в лоне Православной Церкви. Точнее, для того, чтобы человек стал сектантом, он может не находиться в секте, он может быть католиком или православным. Важно понять, что можно быть сектантом, даже находясь в Церкви. Потому, что это все-таки, прежде всего, мировоззрение, которое имеет определенный режим мышления. Который и имеет этот набор принципов.

Наша главная задача – подумать над тем, как же этот мировоззренческий тип преодолеть. Можно ли вообще пытаться преодолеть ущербность, если да, то каким образом? На мой взгляд, преодоление сектантства возможно на двух уровнях. Если кто-то предложит больше – будет еще лучше. Итак, два уровня, интеллектуальный и эмоциональный.

У меня вопрос к вам: как вы считаете, с какого уровня необходимо начинать? Поясню, что я имею в виду. Преодоление возможно при помощи аргументов, доводов, доказательств – это интеллектуальный. И иным образом, путем привлечения человека духовностью, любовью, отношением, заинтересованностью, добротой. Все считают, что с эмоционального? Я рад, потому что, на мой взгляд, вы рассуждаете совершенно верно, хотя я и не настаиваю, что такая концепция есть истина в последней инстанции, здесь можно полемизировать. Но я попробую объяснить, почему я так считаю.

В один прекрасный момент, когда мне много приходилось вступать в полемику в интернете и при личном общении с людьми, принадлежащим к разным течениям, разным сектам, – в основном, это были споры вокруг Священного Писания, как понимать тот или иной отрывок, – я вывел для себя некую истину. Она заключается в том, в действительности, как это ни странно, аргументы “не работают”. Вы можете человеку показать логичную последовательную цепочку: смотри вот это и вот то, пожалуйста, вот еще аргументы, философские, исторические, богословские, текстологические, вот тебе экзегеза и все остальное. “Не работает”.

И я пришел к осознанию того, – я не говорю всегда, но в большинстве случаев, есть разные люди и это не шаблоны, мы не говорим о каких-то математических формулах, это все приблизительно, – люди приходят в секты и становятся сектантами не потому, что их привлекли аргументы, глубокое богословие или философия, вовсе не поэтому. Аргументы не работают, потому что людей сделали сектантами их эмоции. Для меня это стало настоящим откровением.

Я понял, что, оказывается, дело вообще не в аргументах. Как бы вы хорошо не знали предмет, скорее всего, это “не сработает”. Потому что людей не это привлекло. Мы совершаем ошибку, предполагая, что человек не видит духовной глубины и красоты Православия, и ему просто это нужно доказать. Мы сейчас тебе объясним, откроем Библию, и все покажем, но – нет, это “не работает”.

Дело в том, что люди, прежде всего, влюбляются в сектантское сообщество, люди влюбляются в людей. Они получают эмоциональное утешение и эмоциональный комфорт. Они находят то, чего не видят в семье, чего не видят на работе, чего не видят в общественном транспорте. И чего – самое главное – не увидели в Церкви. Вот вам ответ.

Но они нашли это там. И когда люди это там увидели, эту любовь, доброту, отношения, участие, общинную жизнь, какое-то движение, какие-то дела, ответственность, дисциплину – им это понравилось. И уже после того, как человек влюбляется в этот стиль жизни, его сознание становится открытым и восприимчивым для того, чтобы туда вложить уже интеллектуальную составляющую.

Поэтому, когда сектант говорит аргументы или контраргументы, он их и должен говорить, но это совсем не то, что привело его в секту на самом деле. Хотя он может об этом и не подозревать и говорить что-то вроде: меня убедило, что они хорошо знают Священное Писание и пр. Безусловно, это важно, но это было на втором месте, а на первом было другое.

Поэтому, как это ни странно, но, на мой взгляд, преодоление сектантского типа мышления нужно начинать с эмоциональной стороны. В чем это может конкретно выражаться? В искреннем отношении к человеку, в любви к нему, в подлинном желании помочь человеку, в подлинной заинтересованности.

Если же вы ставите цель показать свое интеллектуальное превосходство над человеком, загнать собеседника в тупик и положить его на лопатки, показать, какие вы крутые и образованные семинаристы – это не сработает. Об этом нужно просто забыть. Потому что люди все это очень хорошо чувствуют.

Человек должен увидеть образ христианина, настоящего, иногда этого бывает достаточно, чтобы с человеком начать нормальное общение. Что мы этим достигаем? Мы этим достигаем “разрыв шаблона”. А именно, какое чаще всего у сектантов представление о православных? Не самое хорошее. Фанатики, язычники, пьяницы, еще кто-нибудь; т. е. люди, которые вообще не понимают, в чем смысл духовной жизни. Мы должны показать противоположность. И когда произойдет этот разрыв стандартного шаблона, человек станет способным воспринять ваш аргумент.

По большому счету, как бы это ни звучало некорректно со стороны, но мы должны действовать так же, как действуют секты. Поймите меня правильно, если против людей использовали такое оружие, и оно оказалось эффективным, то противоядие также должно сработать. Человека сначала нужно отогреть, показать другую сторону, а потом показать ему истину. Как бы мы не старались, но он просто еще не готов для постижения истины. Он просто не может ее увидеть, у него в голове столько блоков стоит, что он не в состоянии.

Не потому, что истина не очевидна или мы плохие полемисты, не в этом дело. Итак, нужно избегать этой ошибки. Начинаем преодоление с эмоциональной стороны и только потом задействуем интеллект.

Самая распространенная ошибка православных христиан в общении с сектантами заключается в том, что сначала берется какая-нибудь вероучительная тема, о Троице, о бессмертии души, и начинается полемика, пинг-понг библейскими текстами, они показывают одни стихи и цитаты, а мы им – другие. Вот, смотрите, здесь так написано, а здесь так… Происходит столкновение и, в реальности, это самый непродуктивный и тупиковый путь. Забудьте о нем, никогда не нужно начинать разговаривать с сектантами с вероучительной части, это бессмысленно.

Почему бессмысленно? Дело-то все в том, что в итоге вы поймете, что вы никогда не сможете друг другу что-то доказать, потому что опираетесь на разные принципы понимания Священного Писания. Вы знаете, что такое герменевтика? Изучали, хорошо. Вы просто поймете, что у вас разные герменевтические принципы истолкования Библии. Как можно прийти к одному, если вы используете разные механизмы, разные принципы?

Если для меня здесь, скорее всего, говорится аллегорически, то для него буквально. И все будет зависеть от того, какой подход вы изберете. Поэтому полемика, спор вокруг цитат, вокруг конкретных текстов – о Божестве Христа, о Божестве Святого Духа, о бессмертии души и т. д. – все они тупиковые, потому, что сектанты всегда предложат собственную интерпретацию текста. То, что очевидно для вас, для него таковым не является и наоборот, то, что очевидно для него, для вас - не убедительно. Поэтому, это тупиковый путь. Здесь необходимо выстраивать логику общения иначе. Каким образом? Мы об этом поговорим.

Вообще, когда мы рассуждаем об интеллектуальном методе, нужно понимать конечную цель и нашу стратегию. Я бы ее назвал “стратегией исцеления”. Кстати, если вы обратите внимание, в русском языке слово “исцеление” имеет тот же корень, что и слово “целостность”. По большому счету, исцеление и есть приведение к целостности, избавление человека от фрагментарного мышления, нецелостного подхода, который выражается в том, что человек может пренебрегать контекстом, пренебрегать полнотой картины. Вместо того чтобы смотреть на 360 градусов, он смотрит только на 90 и считает, что реальность только в этом и состоит.

Задача в том, чтобы максимально расширить кругозор человека, находящегося в секте, показать ему весь объем, показать ему, что и с Православием, и с христианством, и с Библией все гораздо сложнее и объемнее, чем он думает. Такая стратегия.

Что же можно сказать о тактике? Я предлагаю следующий метод, как можно расшевелить сознание человека и заставить его задуматься. На мой взгляд, все разговоры с сектантами нужно начинать с одной принципиальной темы. Это не тема разбора вероучительных вопросов, это проблема интерпретации. Для религиозных философов, которые здесь находятся, это должно быть особенно понятно, потому, что есть две вещи. Есть реальность, которую мы никогда не постигаем в чистом виде. Любое наше восприятие реальности – есть ее интерпретация. Мы видим человека, но я воспринимаю человека не в чистом виде, а как образ.

Образ может быть корректным, а может быть не корректным в моем сознании, и может меня вводить в заблуждение. Например, человек выглядит сурово: большой, лысый, некрасивый, а он, на самом деле, внутри добрый. Это очень важная мысль, надо ее понять, но это философская категория, обозначим ее без особого углубления. Любую реальность мы интерпретируем, всегда имея дело с неким образом. И тексты тоже никогда не воспринимаются в чистом виде.

Вот здесь начинается самое интересное. Дело в том, что все рационалистические псевдохристианские секты – это потомки Реформации, которая провозгласила принцип, помните, какой? Только Писание – Сола Скриптура. Он означает, что только Писание является единственным исчерпывающим источником веры. То, чего нет в Писании, должно быть отвергнуто. Этот тезис провозгласили радикальные реформаторы.

Соответственно, если мы в Писании не читаем об иконах, значит, они не имеют право быть в христианском обиходе. Логика простая. Вопрос в другом: правильная это логика или нет? Так вот, эти люди приучены думать, что Священное Писание самоочевидно, и оно интерпретирует само себя, оно свидетельствует само о себе. Это ключевой момент.

И поэтому каждый неопротестант скажет, с чистым сердцем и искренней душой, что он учит только тому, что написано в Библии. Это всегда так, любая христианская секта скажет, что мы опираемся только на Библию. И любая такая секта искренне убеждена в том, что тот смысл, который они видят в Писании, он на самом деле в тексте очевиден и был заложен его автором, это авторская мысль. Но, на самом деле, это задача номер один – показать человеку, что есть библейский текст, а есть его понимание. И понимание текста вовсе не тождественно самому тексту.

Да, вот текст, но каков его первоначальный смысл, – мы этого знать не всегда можем. Это не лежит на поверхности, это требует интерпретации, толкования. Они отрицают этот факт. Как правило, они это отрицают, и говорят: нет, мы не интерпретируем, мы читаем так, как написано. Такое милое заблуждение, это вы, православные, так делаете, а мы – нет.

Здесь очень важно показать этим людям, что мы интерпретируем, но и вы делаете так же. Любой человек интерпретирует не только текст, но и все происходящее в мире: людей, близких, их образы, реальность вообще. Каким образом это показать на конкретных примерах?

Если вы общаетесь со свидетелями Иеговы, запомните один пример, если интересно, можете углубиться в эту тему. Те же 144.000, это Апокалипсис, 14-я глава. Можно рассмотреть хотя бы один этот вопрос. СИ понимают это число буквально, но из самого текста это не очевидно. Т. е. текст предполагает два варианта понимания: буквальное прочтение и образное, символическое. Какой вариант нужно избрать?

Свидетели, конечно, интересный вариант избирают, ведь в 7-й главе объясняется, что это за группа, там говориться о том, что 144.000 – это 12 групп по 12.000 каждого колена Израилева. Т. е., если буквально воспринимать отрывок, то это 144.000 буквальных евреев по плоти, верующих во Христа. Если понимать это число символически, как его понимают святые отцы, то логично, что это не буквальные евреи и под этим образом подразумевается что-то иное, можете почитать у св. Андрея Кесарийского. Это логично, либо так, либо так. Но у Свидетелей Иеговы – эксклюзивный вариант, они говорят, что число буквальное, а евреи образные.

Как это может быть, непонятно, число же не с неба падает, число – есть конкретное сочетание конкретных цифр, если эти цифры составляют 12 групп, по 12.000 каждая, 12-ти колен – образы, символы, то, как же может быть число буквальным? Это абсурд.

Цель этого в том, чтобы показать Свидетелям Иеговы, что таких мест много в Новом Завете, на самом деле, где возможно два понимания, можно буквально понять, а можно образно. И, от того, какой подход вы изберете к конкретному отрывку, будет зависеть вероучение. Если им показать, что это число символическое, тогда разрушается их учение об этих “помазанниках”. На конкретных примерах можно показать, что Библия – это сборник Боговдохновленных текстов, которые можно понять по-разному. Такова природа этой Книги.

Поскольку библейский текст формировался на протяжении множества столетий, книги Ветхого и Нового Завета писались в разных местах, разными пророками и апостолами, по разному поводу, и в реальности никто из апостолов не ставил перед собой цель составить подробное систематизированное изложение вероучения. К Библии нельзя относиться как к справочнику, как это делают фундаменталисты-неопротестанты. По той простой причине, что никто в I веке не ставил цели написать катехизис. Допустим, Божии свойства – открываем такую-то страницу, учение о Пресвятой Троице – все подробно, от “А” до “Я” в систематизированном виде расписано. В Библии этого нет.

Для того, чтобы из Библии извлечь вероучительную систему, нужны дополнительные книги. Те, которые бы описывали бы эту структуру, катехизисы. Но мы же понимаем, что любая христианская религиозная традиция расставляет акценты. Мы можем их расставить по-разному, можем, как делают протестанты, расставить акценты на оправдании по вере. Будет наблюдаться крен в эту сторону, где дела верующего никакой роли не играют. А можно уклониться в другую сторону, более католическую, более законническую, где дела будут восприниматься как некие “заслуги”.

Свидетели Иеговы расставляют акцент на почитании Божьего Имени, для них это идея фикс. Они считают, что если вы не молитесь Богу, употребляя имя Иегова, то такие молитвы Бог не слышит, такая особенность. Они понимают буквально слова “да святится Имя Твое”, считая, что Имя Иегова нужно употреблять чем чаще, тем лучше. Адвентисты делают акцент на субботе, они говорят, что соблюдение субботы – есть истинный признак христианства. У баптистов - другие акценты, на рождении свыше. У харизматов – на так называемых “дарах Святого Духа”, на “говорении на языках”. У них такая идея фикс.

У всех есть такие идеи фикс, но это не значит, что эти идеи плохие. Они просто акцентированы, и очень важно показать, что абсолютно все конфессии расставляют акценты по-своему. И им важно показать, что Библия – это книга, о которой вообще некорректно говорить до конца IV века. Почему? Когда мы говорим “Библия”, мы должны понимать, что мы говорим о сборнике, о каноне. Т. е. до формирования канона можно говорить лишь о книгах, текстах, которые вошли в библейский канон.

Это говорит о том, что изначально у первых христиан не было никакой цели создавать вторую часть Священного Писания. Никто такой цели не ставил. В основном, все соборные послания написаны для решения конкретных локальных задач, которые возникали в тех или иных общинах.

Была проблема с тем, что иудеохристиане утверждали, что нужно обрезываться, чтобы спастись – и Павел написал Послание к Галатам. Была проблема, связанная с отрицанием учения о Воскресении – апостол пишет Коринфянам 15-ю главу. Т. е. все послания написаны по конкретному случаю, а не потому, что апостолам нечем было заняться, и они хотели написать побольше богословских трудов. Если бы у них были современные средства связи, возможно, мы бы никаких посланий вообще не имели, за исключением Евангелий и Апокалипсиса. Позже все это было собрано.

Но главный аргумент, почему Библию нельзя воспринимать как систематизированный справочник, ее никто так не задумывал, это то, что первые христиане страстно ожидали конца этого мира еще при своей жизни. При жизни первого христианского поколения. И уже в поздних посланиях, во 2-м Послании Петра мы видим проблему, попытку решения проблемы – задержки Пришествия Христова. Помните эти слова? В последние дни явятся наглые ругатели (…), говорящие: где обетование пришествия Его? Ибо с тех пор, как стали умирать отцы, от начала творения, все остается так же (2 Пет. 3:3-4)

Это факт, известный многим, что ранние христиане ожидали возвращения Христа еще при своей жизни, при жизни апостолов. Тот же апостол Павел говорит: “Говорю вам тайну: не все мы умрем, но все изменимся вдруг, во мгновение ока” (1 Кор. 15:51-52). В другом послании он говорит: «Мы живущие, оставшиеся до пришествия Господня, не предупредим умерших (…), и мертвые во Христе воскреснут прежде;  потом мы, оставшиеся в живых, вместе с ними восхищены будем» (1 Фесс. 4:15-17).

Павел говорит о своем поколении, апостолы ожидали скорого возвращения Христа. И, естественно, в таком случае никто не ставил перед собой цель написать Священное Писание для будущих поколений христиан, вторую часть Библии, после Ветхого Завета. Этой задачи просто не было.

И поэтому, когда они утверждают, что Библия самоочевидна, она сама себя объясняет, это даже исторически не так. Но нужно понимать, что все зависит от уровня сознания человека, с которым вы будете общаться, не все сектанты могут эти вещи понять, но все могут увидеть, что конкретные отрывки Писания можно интерпретировать и так и так. Со Свидетелями Иеговы можете попробовать вариант со 144.000, хотя этих текстов гораздо больше.

Таким образом, эта идея то том, что Писание свидетельствует о самом себе, на самом деле, противоречит одному из главных принципов. Помните, Христос говорит: Если Я свидетельствую Сам о Себе, то свидетельство Мое не есть истинно (Ин. 5:31). И в Ветхом Завете сказано, что любое дело может быть истинным при свидетельстве двух или трех (Втор. 19:15). Идея определения истинности чего-либо – библейская, т. е. это не мы придумали, - заключается в том, что свидетельство о самом себе не истинно.

И когда неопротестанты говорят о том, что свидетельства Писания о самом себе достаточно, они прямо противоречат тому, что написано в Библии. Во-первых, вы можете это свидетельство неправильно понять, а вдруг оно на самом деле другое подразумевает? И потом, с какой стати мы должны верить тому, что говориться в Библии? Как бы это странно ни звучало. Только потому, что так написано?

Я могу привести много примеров индусов и кришнаитов, буддистов и мусульман, жизнь которых была изменена их священными текстами, это правда, не нужно это отрицать. Таким образом, здесь нарушается библейский принцип, при свидетельстве о самом себе. Но об этом мы поговорим чуть позже, сейчас пока лишь отметьте для себя этот аспект.

Почему важно начать разговор с проблемы интерпретации? Когда вы покажете человеку, что библейский текст не воспринимается в чистом виде, но проходит сквозь призму интерпретации, возникает самый важный вопрос: если это так, то чья интерпретация верна? Ведь в их сознании Библия сама себя объясняет. Эту сцепку, эту связь надо разорвать, Библия сама себя вовсе не объясняет. Ее объясняют люди, объясняет традиция, объясняет конфессия.

Поэтому возникает вопрос авторитетов. И, в конечном итоге, получается так, что человек принимает одну из возможных интерпретаций. И вопрос нужно свести к тому, какая интерпретация является подлинной, аутентичной апостольской вере.

Часто люди, именующие себя единственными истинными христианами, находящиеся в разных псевдохристианских сообществах, они, действительно, не расстаются с Библией, очень любят ее, очень хорошо знают. Но, как это ни странно, они очень плохо понимают, что такое Библия с точки зрения текста. И здесь нам не помешает небольшой экскурс в библеистику.

Человеку важно озвучить такие простые вещи, которые вы должны знать. Во-первых, Священное Писание написано на мертвых языках, на языках, на которых давно никто не разговаривает. Это древний иврит и древнегреческий койне, есть еще часть на арамейском языке. Их языковая структура сильно отличается от русского, от английского языка. Это текст, в котором нет запятых, нет заглавных букв, а если говорить об иврите – нет гласных. Его очень сложно перевести однозначно. И, поскольку у нас в России люди имеют дело, как правило, с одним переводом Библии – Синодальным, то создается у людей впечатление, что Библия в том виде, в каком мы ее читаем, она вообще как бы одна. И других вариантов нет.

На самом деле, это великое заблуждение. На западе существуют сотни переводов Священного Писания, все они разные и между собой отличаются, потому что еще раз повторюсь, - библейский текст, как Ветхого Завета, так и Нового, местами невозможно перевести однозначно. Хотя бы потому, что встречаются так называемые гапаксы. Гапаксы – это лингвистические термины, указывающие на слово, употребляющееся в корпусе текста лишь однажды. Т. е., если вы встречаете слово, которое лишь раз употребляется, у вас нет возможности посмотреть, как оно звучит в других контекстах, что оно там означает. И ученые не знают, как переводить эти отрывки однозначно.

И очень важно показать, что прочтение библейского текста – это всегда вопрос перевода. Практически никто не читает в подлиннике на греческом языке и на иврите, только греки и евреи. Но если говорить о нас, мы не читаем. И даже когда греки читают, они читают только в рамках конкретной традиции понимания.

Простой пример, помните слова Христа распятому разбойнику: «Ныне будешь со Мною в раю»? В нашем традиционном церковном издании эти слова звучат: «Говорю тебе (запятая) сегодня же будешь со мною в раю». А знаете, как в переводе Свидетелей Иеговы? «Говорю тебе сегодня (двоеточие) ты будешь со мною в раю». Если в нашем издании Христос обещает ему наследование рая в этот же день, то в том издании Он говорит это сегодня, а когда это произойдет – непонятно.

Естественно, Свидетели не могут переводить этот текст так, как переводим мы, потому что тогда разрушается идея о смерти души, ибо в их учении нет загробной жизни. И дело-то как раз в том, что греческий текст дает возможность такого прочтения. В нем же нет знаков препинания, хотите – так прочитайте, хотите – иначе.

Берем другой текст, Римлянам 9 глава, 5-й стих, там говорится об израильтянах: от них Христос по плоти (запятая) сущий над всем Бог, благословенный во веки, аминь. Так в нашем переводе. Но в переводе Свидетелей Иеговы: “и от них произошел по плоти Христос (точка) Бог же, который над всем, да будет благословен вовеки. Аминь”. Получается, что доксология обращена к Богу Отцу. Как правильно, как понять? Никак невозможно понять однозначно, потому, что не было изначально ни точки, ни запятой, не было их в оригинале.

Прочтение оригинала здесь целиком определяется традицией. Т. е., мы переводим так, потому что у всех святых отцов дается такое понимание. Они, кроме Фотия, понимали это так.

Сравните Масоретский текст и Септуагинту, там тоже разный смысл. Если вам эта тема интересна, попробуйте рассмотреть как-нибудь цитирование Ветхого Завета в Новом. Вы увидите, что апостолы цитировали видоизмененные многие ветхозаветные фрагменты. Иногда там единственное число превращается во множественное, опускаются местоимения, к тексту ВЗ они относились, как к живой ткани, которая видоизменялась, чтобы выразить истины, сокрытые во Христе.

Следующая проблема, о которой тоже можно рассказать, это проблема разночтений. Это серьезный вопрос. Многим христианам кажется, что библейский текст, он такой вот монолитный, незыблемый, он чуть ли не как Коран, упал с неба. На самом деле, существует огромное число разночтений в Новом Завете.

Конечно, большинство из них не несут какой-либо существенной разницы для понимания. Но есть отрывки, которые в богословском смысле довольно-таки важны, например, Иоанна 1:18 “Единородный Сын, сущий в недре Отчем, Он явил”. Самые древние рукописи, папирусы говорят не Единородный Сын, а Единородный Бог (MONOGENOS TEOS). Очень интересный момент.

Или другой текст, Иоанна 14:14, Христос говорит “Если чего попросите во имя Мое, Я то сделаю”. Но в самых древних рукописях говориться: Все, что попросите Меня во имя Мое, Я исполню”. Если подлинные слова “Меня” – вот вам доказательство того, что молиться Христу можно. Свидетели Иеговы говорят, что нельзя молиться Христу и в своем переводе переводят без слова “Меня”. В другой главе, 15-й, Христос говорит: попросите Отца во имя Мое а здесь получается попросите Меня во имя Мое. Что подлинно, невозможно определить, разные рукописи говорят и так, и так, поэтому только традиция может сформировать конкретное чтение.

Таких мест много, на самом деле. Иоанна 1:1. Кто знает, как в Переводе нового мира звучат эти слова? Там Бог, Логос пишется с маленькой буквы. Получается такой тварный бог, арианство. И возникает вопрос, а как переводить “Бог” с большой буквы или “бог” с маленькой? Нету маленьких и больших букв, там вся история связана с артиклем. Перед словом “Феос”, которое стоит вместе с Логосом, нет определенного артикля. И Свидетели, формально ухватываясь за этот момент, говорят: здесь отсутствие артикля указывает на качественную характеристику этого слова, поэтому “слово было божественным”.

Но мысль евангелиста Иоанна как раз могла быть обратной, возникает вопрос, как же понимать эту качественную характеристику? В каком смысле Слово было Божественным? Мы понимаем это апологически, что Он был Богом по природе, таким же Богом, как и Отец. Но они понимают по-другому. Все завязано на артикль. Вопрос перевода опять упирается в традицию истолкования.

Таким образом, мы переходим к вопросу об авторитете. Кто должен сказать, как понимать этот текст, вот это место и вот это, кто это решает? Решают некие авторитеты, решает традиция. И это очень важно показать. Почему? Потому, что придя к авторитетам, мы можем задать справедливый вопрос об истоках. А почему вы считаете, что ваш основатель в XIX веке, прочитав Библию, понял, как ее понимать правильно? С чего вы взяли, что такое понимание истинно?

Тогда, когда вы выбьете основание этой идеи самодостаточности, самоочевидности Писания, вы автоматически поставите под вопрос правоту, вот эту мнимую фундаментальность. Если все выбирается в выбор традиции, то почему вы решили, что ваша традиция правильная и самая подлинная?

И вот здесь как раз начнется включаться эмоциональная сторона, люди начнут говорить: знаете, я убедился, я был в церкви, и мне там никто ничего не сказал, какая-то бабка выгнала и пр. И вот, начинаются одни и те же истории, о том, какие попы все негодяи, какая плохая Церковь, т. е. здесь мы вскрываем этот гнойник, и добираемся до самого основания проблемы. Выбиваем интеллектуальную основу, мы приходим к тому, что человек просто влюбился в них, потому, что они такие хорошие, добрые, потому, что они проповедуют.

Здесь уже начинается работа по аргументации человека, надо показать, что это его личный субъективный опыт. Вы нашли Бога у Свидетелей Иеговы, а баптист нашел Его у баптистов. Вы увидели, что тут любовь есть, а адвентист увидел любовь в своей общине. Не кажется ли вам, что определение истины становится очень субъективным? И если бы вам встретились харизматы, которые были бы замечательными людьми, такими хорошими, то вы бы стали харизматом.

Но они будут говорить, что ко мне пришли Свидетели Иеговы, только они проповедуют, только они стучатся в дома, и здесь другой должен быть аргумент. А с чего вы взяли, что сам факт хождения по домам что-то доказывает? Давайте, гипотетически допустим, если это распространение лжи, то зачем вы в качестве аргумента приводите то, что само нуждается в обосновании? Ведь прежде, чем говорить о проповеди, нужно доказать, что это проповедь Истины. И тут мы возвращаемся к интеллектуальному наполнению.

Поэтому, это задача последовательная, поэтапная, чтобы добраться до сути, до корня самой проблемы. С рационалистическими сектами – так их именовали в академической литературе XIX века, дореволюционной православной, - наверное, большая проблема вообще, это принятие Священного Предания. Этим людям очень сложно понять, что такое Священное Предание. Мы его можем описать в разных определениях, это очень глубокое, емкое понятие, его можно выражать, как у Владимира Лосского, в онтологических категориях.

Но, боюсь, что для этих людей это все сложно. Они не привыкли так глубоко копать. Поэтому, я бы предложил для начала, в миссионерских целях, Священное Предание определять, как сохранение и передачу аутентичного понимания библейского текста. Да, есть библейский текст, безусловно, он богодухновен, никто не спорит, но чтобы защитить Священное Писание от кривотолков, от искажения, для того, чтобы сохранить апостольское понимание, необходимо предание, т. е. передача, что означает буквально греческое слово “парадосис”. Это передавание верного понимания того, что написано в Библии.

Это наиболее понятная, лютеранская формула обозначения Предания. Конечно, она не полна. Предание гораздо глубже и если глубоко копать, то Священное Писание – часть Предания Церкви. Но могу сразу сказать, поймите, что для сектантов православное богословие очень сложно. И, пытаясь вложить в них то, что вы знаете, например, из курса богословия и догматики, вы не достигнете результата. Для них метод рассуждения в православном богословии очень непонятен, это другое мировоззрение, это просто другой дискурс. Поэтому старайтесь, по возможности, что-то упрощать, что бы донести до человека ваши мысли. Он не сможет объять всю глубину.

Поэтому, для начала, Священное Предание можно понимать, как сохранение и аутентичную передачу Священного Писания. И могу сказать, что всякий раз, когда будет заходить разговор о самоочевидности Библии, о проповеди Православия, безусловно, возникнет вопрос: а что, на самом деле, Господь оставил Церкви? Оставил ли Он лишь текст, как они считают? Или Он оставил, помимо текста, что-то еще, более важное?

Или он оставил силу новой жизни? Если да, то каким образом письменная фиксация свидетельства об этой жизни может заменить саму жизнь? Это важно понять, что оставил Христос Церкви. Только текст или что-то большее. Если что-то большее, то это означает, что одного текста недостаточно, нужна причастность к этой жизни.

В чем же заключается принципиальная ошибка такого академического рационалистического и схоластического христианства? В том, что текст становится всем. Все христианство сводится, редуцируется до текста Священного Писания, вся духовная жизнь. Каким бы замечательным, верным и святым оно не было, это - упрощение. И упрощение опасное, потому что сама подлинная жизнь в Духе разменивается на мертвые буквы. Какими бы правильными они не были. Это очень важно показать, но не всегда просто сделать. Но, на мой взгляд, это возможно и это “работает”.

Нужно озвучить одну принципиальную вещь. Если сегодня, в XXI веке, нам более не доступен опыт богообщения и богопознания, который описан в Новом Завете, который имел место в I веке, 2000 лет назад, значит, Библия – это очередная мифология. Это самый важный пункт. Если человек не может стать приобщиться к опыту первых христиан, то в Библии нет никакого смысла. Это просто очередная идеология. Моралистическая: не убей, не укради, но где связь с Живым Богом?

В подобных сектах, у адвентистов, у баптистов, у свидетелей Иеговы опыт богообщения и богопознания считается делом минувших лет. Они так и говорят, что со смертью апостолов все это прекратилось. Прекратились дары Духа, прекратились чудеса, прекратились исцеления, прекратились пророчества, все осталось там. Т. е., Бог больше не дает откровений, ангелы не могут прийти. Они отрицают это на официальном уровне.

И вот здесь мы подходим к самой сердцевине проблемы: где доказательство того, что то, что вы называете христианской духовной жизнью, является подлинным богообщением, а не просто нравственным образом жизни?

Когда начинаются эти разговоры, – посмотрите, какие мы хорошие, какие у нас плоды, мы не курим и не пьем, – хочется спросить: слушайте, а зачем вам для этого христианство? Зачем человеку религия, чтобы он не курил, не пил и не был наркоманом? Это избыточно. Реально же быть нравственным человеком без христианства, зачем же ко всей этой истории примешивать Христа? В чем смысл, это же не обязательно делать.

Если вы сводите христианство к праведности и к добрым делам, к нравственной чистоте, то зачем оно нужно? Здесь иудаизм ничем не хуже. Иудаизм даже более практичен, там ты не должен подставлять правую щеку. Поэтому важно показать, что христианство – это реальное соединение с Богом. Но это соединение должно верифицироваться, оно должно проверяться опытом. И если то, о чем написано в Библии - правда, эта правда должна быть доступной и в наше время.

И Церковь, всей своей мистической жизнью, все 2000 лет свидетельствует о том, что она - есть продолжающийся мир Библии, никуда не исчезавший со смертью апостолов. На протяжении всей истории Церкви мы видим удивительные знамения, чудеса и явления, которые показывают, что в Церкви действительно происходит встреча неба с нашим миром, происходит соприкосновение с тем, что лежит за пределами человеческого опыта. Именно поэтому Православие – это литургичная религия, это религия молитвы, религия опыта. А православный богослов – это не тот, кто хорошо книги читает, а кто хорошо молится. Т. е. в Православии только мистическое богословие имеет смысл и чего-то значит.

Нужно сказать, что все древние религии, например, буддизм, это религии опыта. На востоке тоже давно поняли, что любая теоретическая концепция, какой бы она логичной ни была, она может быть разрушена или, во всяком случае, ей можно противопоставить другую концепцию. Это схоластика: вы вырабатываете некие аксиомы, которые принимаете, и на основании этих аксиом выстраиваете логические конструкции. Допустим, Бог благ, потому что Он такой-то, или еще что-то.

Но такой режим рассуждения – всего лишь слова, нет никакой гарантии, что они имеют отношения к объективной реальности. И только реальный опыт соприкосновения может что-то доказать. Именно поэтому апостолы всегда подчеркивали, помните, знаменитые слова Павла: “ибо Царство Божие не в слове, а в силе” (1 Кор. 4:20), можно много говорить и знать, но в реальности, к этой силе быть непричастными.

Многие тексты, например, 1 Фесс. 1:5 и Евр. 2:3-4 совершенно однозначно говорят о том, что Бог подтверждал апостольскую проповедь явлениями, чудесами и знамениями, проявлением даров Святого Духа. И апостол Павел в первом отрывке говорит, что проповедь наша и слова были подтверждены. И здесь срабатывает принцип, что свидетельство о самом себе – не истинно. Если бы апостол Павел приходил и с помощью лекций, как это бывает у баптистов, пытался что-то показать: братья, смотрите, здесь написано так, а здесь надо понимать вот так, потому, что написано так. Нет, это “не работает”.

На любую выкладку и схему можно найти другую схему, поэтому апостол и писал Коринфянам о том, что все, что он говорил, было подтверждено силой Святого Духа, конкретными знамениями, конкретными дарами. А слова сами по себе ничего не значат. И ни баптисты, ни адвентисты седьмого дня, никто не может показать этой мистической стороны, подлинной стороны жизни Духа. Все ограничивается словами и человеческой деятельностью: мы хорошие, мы проповедуем, а где в этом всем Божественный фактор? Что из того, что вы делаете, не может быть воспроизведено чисто человеческими усилиями? Это очень важно понимать.

Кроме того, главный аргумент этих людей заключается в том, что с завершением библейского канона больше не нужны подтверждения даров Святого Духа, потому что уже есть канон. Это довольно странная логика, ибо непонятно, каким образом письменная фиксация жизни Духа в Церкви может быть достаточной. Хорошо, канон сформировался, мы читаем о том, что так было, но с чего вы взяли, что этого само по себе достаточно, мы же не в I-м веке живем? Мы живем 2000 лет спустя, откуда мы можем знать, что это правда?

Боле того. Современный человек нуждается во встрече с Божественной реальностью даже больше, чем древние люди. Почему? Потому, что в древности хотя бы не было атеизма. Тогда не нужно было никого убеждать в том, что есть Бог. Конечно, Он есть, только как Его зовут и кто Он – Гермес, Митра или еще кто-то. Вопрос об атеизме не стоял, в древности не было науки, которая убивала бы религию материализмом, в древности не было научной библейской критики, вскрывающей ряд сложностей с библейским текстом: вопросы авторства, разночтения, редакционных слоев, вопрос подлинности речений Христа, вопросы противоречий в Евангелиях. Этого не было, но сегодня это есть. И, по большому счету, современный человек имеет массу причин не быть верующим, причин более-менее объективных. Поэтому явления силы Духа в Церкви, в христианстве, современному человеку требуется больше.

Такая идея, что Библия завершена и ничего другого не требуется, а наша святая жизнь подтверждает, что мы в Боге – эта аргументация тупиковая, она ничего не доказывает. Праведную жизнь вы можете найти, повторяю, и у баптистов, и у адвентистов, и хорошее знание Писания. Вопрос в том, происходит ли там реальное соединение с Богом?

И заключительный аргумент, который выдвигается против мистической стороны жизни христианства, это предупреждение Христа о появлении лжепророков, чтобы ввести в заблуждение избранных. На самом деле этот аргумент играет против них же самих. Сами понятия “лжепророки” и “ложные знамения” говорят о том, что будут пророки подлинные и знамения подлинные. Сатана всегда стремиться истинный образец заменить ложным, вместо подлинника дать карикатуру, вместо Христа – антихриста. Иначе это все бессмысленно, если все чудеса и все пророчества – не от Бога, если их вообще не будет, то зачем сатане тогда нужно это делать?

Христос же сказал, что “по возможности, прельстить и избранных”, но если избранные научены, что никаких чудес от Бога быть не может, как же сатана будет прельщать их чудесами, это совершенно нелогично. Апостол Иоанн говорил: Возлюбленные! не всякому духу верьте, но испытывайте духов, от Бога ли они, потому что много лжепророков появилось в мире (1 Ин. 4:1). Значит, в I веке были истинные пророки.

Кстати, можно привести примеры и из Ветхого Завета. Факт завершения написания канона ВЗ, он же не исключал факт служения пророков. Даже, когда была написана Тора, и в ней были изложены все основные принципы, и тогда были пророки. Наличие священного текста не исключает харизмы служения. И даже в эпоху Второго Храма в Израиле все равно были чудотворцы, мудрецы, по молитвам которых исцелялись люди, происходили изгнания бесов, Бог давал дождь по молитве. Наличие священного текста этого никак не исключало. Это важные мысли, которые могут помочь в общении с представителями рационалистических сект.

В заключение, я хотел бы все-таки сказать вещи сугубо практические, связанные с помощью людям, которые находятся в сектах. Все, что я сказал, все, что можно применить из этой методики, будет работать только в одном случае: если вы сможете человека привести и показать ему конкретную общину. Человек никогда не примет альтернативы, если эта альтернатива не является более лучшей. Мы можем рассказать ему о превосходстве Православия, в интеллектуальном смысле, в духовном, но у человека возникнет вопрос: а где это все, где мне это все увидеть, куда мне нужно поехать?

У нас нет возможности возить людей по старцам, их сложно найти, вот конкретно, в Нижнем Новгороде – где? Вы знаете, куда вы можете привести такого человека? Это очень болезненный вопрос. Я могу сказать по своему опыту, у нас в Петербурге есть приходы, при которых действуют настоящие общины, где есть внебогослужебное общение, настоящая катехизация, где крестят только после катехизации, и где есть евангельские группы. Т. е. люди собираются после богослужения, читают Писание и изучают его.

Много раз я использовал эту методику, я приводил людей, которые считали, что никакой альтернативы нет – свидетелей Иеговы. У них происходил “разрыв шаблона”. Это совсем недавно, было несколько таких эпизодов, я спрашивал: почему ты считаешь, что только Свидетели изучают Библию, и только они живут по-христиански? Давай, поедем к баптистам или к адвентистам, я могу тебя отвести к мормонам, в православную общину, такая тоже есть, и там тоже изучают Библию. У тебя будет хорошая возможность сравнить, как изучают Писание христиане, и как изучают его в псевдохристианских сообществах.

Ведь у Свидетелей Иеговы изучение Библии очень специфично. Ты читаешь абзац, в котором дается сугубо конфессиональная интерпретация; далее тебе задают вопрос, например, что Библия учит о бессмертии души? И твоя задача – просто пересказать этот абзац. Там нет свободного анализа Библии. То, куда я привозил людей, это была группа, где читали евангельский отрывок, люди спорили, полемизировали, пытались понять, задавались вопросами, говорили от себя, так, как они это воспринимают. А не так: вот, тебе написали абзац, и ты его пересказываешь, и это считается изучением Библии. Шаг влево, шаг вправо – расстрел. Только увидев реальную общину, увидев духовную жизнь, люди смогут прийти к Православию.

Да, есть отдельные экземпляры людей, которые могут оценить глубину и красоту Православия и уйти из секты, но это редкие люди, готовые вести самостоятельную подвижническую жизнь. Может быть, им даже община не нужна, а достаточно участвовать в богослужении, ибо “человек + Бог – это уже большинство”. Но таких мало. В основном, люди, которые находятся в сектах – это люди, заточенные на жизнь в общине. Для них это не вариант, прийти в церковь, просто постоять, помолиться, поучаствовать в богослужении, развернуться и пойти домой. Они не понимают этого.

Поэтому ваша задача, как людей, которые станут священниками, или будут что-то делать для Церкви, задача номер один – это создание таких общин. На самом деле, не нужно считать, что в каждом приходе это возможно, нет, нужно быть реалистами. Никогда в Церкви не будет создано таких условий, чтобы в каждом приходе возникли такие общины. Это утопия, с ней надо расстаться, а вместо этого заняться реальными делами. А они заключаются в том, что на самом деле в городе должно быть хотя бы несколько таких общин, куда можно было бы приводить людей из сект. Хотя бы несколько, и вы должны их знать.

И, если вы сами являетесь членами таких приходов, пожалуйста, проявите инициативу и начните этот процесс. Большое спасибо.

Артём Григорян. Преодоление сектантства как мировоззренческого типа
Опубликовано 18 декабря, 2014 - 19:53
 

Как помочь центру?

Яндекс.Деньги:
41001964540051

БЛАГОТВОРИТЕЛЬНЫЙ ФОНД "БЛАГОПРАВ"
р/с 40703810455080000935,
Северо-Западный Банк
ОАО «Сбербанк России»
БИК 044030653,
кор.счет 30101810500000000653